Тенор или баритон?

Голоса певцов по звуковысотному диапазону делятся на несколько типов (басы, тенора, сопрано и т. д.). Правильное определение типа голоса имеет исключительно важное значение для певца, так как если он будет петь не своим голосом, то это грозит ему большими неприятностями, и в первую очередь — заболеванием голосового аппарата.

Однако на практике не всегда просто бывает определить тип голоса певца.

Важнейшим признаком, по которому в современной вокальной педагогике определяется тип голоса, признан тембр, или, как говорят педагоги «цвет голоса». Этот признак оказывается во многих случаях важнее даже диапазонного признака, так как мы знаем, что имеются, например, баритоны, берущие теноровые верха, но все же это баритоны. А если тенор (по тембру без сомнения) не имеет теноровых верхов, то не считать же его только поэтому баритоном, Профессор Ленинградской консерватории Е. Г. Ольховский советует такой прием: «Поставьте мысленно вашего сомнительного баритона, например в партии Онегина, в дуэте с хорошим тенором — Ленским. Если голос такого «Онегина» почти не будет отличаться от голоса Ленского, то какой же это баритон?».

Существенным для характеристики типа голоса является несколько другой — диапазонный признак, а именно выдерживание тесситуры, соответствующей тому или иному типу голоса. Известно, что бывают такие теноровые, басовые или лирико-колоратурные партии, которые случайным тенорам, басам или колоратурным сопрано не спеть.

Многие педагоги в определении типа голоса ориентируются на расположение переходных нот у певца, а также не пренебрегают и мнением врача-фониатра, судящего о характере голоса по строению гортани, голосовых связок или резонаторов. Ведь имеющиеся здесь исключения (на-пример, Карузо имел басовые связки, а Собинов баритональные) только подтверждают это правило.

При измерении дикции вокалистов в зависимости от высоты ноты мы обнаружили, что более высокие по своей природе голоса сохраняют хорошую разборчивость вокальной речи па более высоких нотах, чем низкие голоса (см. об этом в главе «Законы дикции»), так что этот критерий «естественности артикуляции» также может быть причислен к признакам, характеризующим тип голоса. Вообще же многие авторы советуют руководствоваться в этом вопросе не каким-либо одним, а целым рядом признаков. Профессор М. С. Эрбштейн, например, насчитывает семь таких признаков, а профессор Ф. Ф. За-седателев — девять. Иногда учитывают даже чисто внешние поведенческие и психологические признаки. Некоторые из них с юмором подметил еще писатель А. И. Куприн в рассказе «Певчий»: если тенор —худощавый молодой человек с меланхолическим выражением лица, франт и носит усы в иголочку, то бас — высок, грузен, важен и медлителен в движениях, говорит мало, но всегда веско и на густых потах.

При определении типа голоса нередко подводит и самый надежный критерий — тембровый, если взять его изолированно: ведь хорошо известно, что тембр изменяется. Например, сильно утомленные, «замученные» голоса имеют тенденцию звучать мягче, как-то «жиже». Дайте такому голосу просто хорошо отдохнуть, не говоря уже о воспитании правильной техники, и он наполнится обертонами, зазвучит более насыщенно и т. д. Это говорит о важной роли времени в диагностике голоса. Не спешить, стараться посмотреть, куда пойдет голос в своем естественном развитии, советуют многие опытные педагоги.

Итак, определение типа голоса — дело сложное. Поэтому любой новый метод, добавляющий нам некоторую долю уверенности в суждении о типе голоса, естественно, вызывает заслуженный интерес. Один из таких ранее неизвестных методов и предложил недавно Рауль Юссон. Метод этот уже нашел применение в некоторых консерваториях Франции.

Новый метод определения типа голоса целиком основан на нейромоторной теории голосообразования. Если высота голоса, рассуждает Рауль Юссон, зависит от частоты нервных импульсов, передаваемых к голосовым связкам по двигательному нерву, то нельзя ли какими-либо физиологическими методами заранее определить способность этого нерва передавать частоту нервных импульсов? Такой метод нашелся, это — метод хронаксиметрии, предложенный в свое время соотечественником Юссона физиологом Лапиком.

Если к коже человека приложить плоские металлические электроды, подать на них слабый электрический ток и начать этот ток усиливать, то при некотором значении силы тока, проходящего через тело, человек почувствует едва заметный укол или жжение. Назвали эту пороговую силу тока (находящуюся на пороге ощущения и неощущения при неограниченном времени воздействия) реобазой. Теперь возьмем и усилим реобазный ток ровно вдвое, но зато резко укоротим время его воздействия, например подействуем в течение одной миллионной доли секунды. Тогда, оказывается, человек снова тока не почувствует, и, чтобы достичь порога ощущения, мы должны будем увеличить время воздействия этим током до некоторой величины. Вот это-то пороговое время, выражаемое обычно в тысячных долях секунды, или миллисекундах, и называется хронаксией и обозначается знаком chr. Как установлено физиологами, хронаксия нерва или мышцы в известной мере отражает способность этих возбудимых тканей передавать частоту импульсов раздражения: чем меньше хронаксия, тем более частые импульсы могут по ним передаваться. Теперь нетрудно догадаться, что если бы мы могли измерить хронаксию возвратного нерва пли голосовых связок, то определили бы то, что нам надо, а именно — наиболее свойственную голосовым связкам частоту колебания, а следовательно, и высоту голоса певца. Однако раздражать током непосредственно голосовые связки певца и тем более нервы гортани мы не можем. Но выход был найден. Оказалось, что хронаксия возвратного нерва и нежных голосовых связок совершенно пропорциональна хро-наксии кожных покровов довольно грубой наружной шейной мышцы (грудинно-клю-чично-сосцевидной), раздражение которой слабым током не повредит даже самому нежному колоратурному сопрано.

Место приложения электрода при определении типа голоса методом хронаксиметрии
Рис. 19. Место приложения электрода (1) при определении типа голоса методом хронаксиметрии.

Проверка метода хронаксии, проведенная Р. Юссоном совместно с Г. Шене на большом числе опытов (сто пятьдесят певцов), подтвердила правильность этих предположении: чем выше голос, тем меньше хронаксия, и наоборот — низкие голоса имеют большую величину хро-наксии, Так, например, для высокого сопрано хронаксия составляет 0.065 миллисекунды, а для контральто почти в три раза больше —0.170 миллисекунды.

Таким образом, измерив хронаксию у певца, можно сказать, какой у него тип голоса.

Классификация Р. Юссона и Г. Шене отличается от обычной классификации голосов тем, что содержит значительно большее число градаций: семнадцать мужских категорий и девятнадцать женских. Происходит это главным образом потому, что авторы методом хронаксии объективно подтвердили существование в природе так называемых промежуточных типов голосов и предоставили им законное место в своей таблице. Обычно же вокальные педагоги не любят иметь дело с этими «промежуточными типами». Их обязательно стремятся приписать к какому-нибудь определенному, «чистому» типу, стоящему выше или ниже па классификационной лестнице. Если же это не удается, то несчастный «промежуточный тип» объявляется неполноценным голосом, хотя и имеет диапазон в полагающиеся ему две октавы. Иногда ему присваивается более снисходительный титул: «характерный» голос, «камерный» или что-нибудь в этом роде. Дорога к большим оперным партиям промежуточному голосу навсегда закрыта.

Впрочем, меньше всего, по-видимому, следует винить во всем этом вокальных педагогов: ведь все оперные партии, как правило, писались и сейчас пишутся композиторами для «чистых», определенных басов, теноров и сопрано. Лишь в редких случаях композитор имеет в виду какого-либо реального знакомого ему певца, как, например, М. И. Глинка, написавший партию Руслана специально для феноменального баса Осипа Петрова, и некоторые другие случаи. Таким образом, партии уже написаны, и сейчас певцам ничего другого не остается, как пробовать, подходит их голос для оперы или нет.

Не всегда, однако, промежуточный тип голоса приносит несчастье своему обладателю. Именно такие голоса, хорошо развившиеся вверх и вниз, иногда становятся феноменальными, т. е. простираются одновременно в диапазоне баритона и тенора, драматического и лирического сопрано и т. д.

Подтверждение, методом хронаксии существования промежуточных видов голосов обязывает с еще большей осторожностью относиться к определению вида голоса певца. Голоса по своей природной высоте столь же разнообразны, как и рост людей: можно, конечно, условно разделить всех людей на высоких и низких, но существование людей со средним ростом от этого не перестанет быть объективной реальностью.

Нужно заметить, что не все трудности в применении метода хронаксии преодолены. Однако этот новый метод несомненно заслуживает особого внимания, поскольку в отличие от всех прежних он строится на учете самого важного свойства человека — функциональных особенностей и свойств его нервной системы.

Насколько надежен новый метод? Опыты самого Юссона и его сотрудников, а также некоторых отечественных исследователей дают большое число совпадений, но имеются и исключения. Поэтому вряд ли будет серьезным считать, что метод хронаксии позволит нам не считаться со всеми другими ранее известными методами определения типа голоса и верить только ему одному. Разумнее считать этот новый метод важным дополнением ко всем существовавшим ранее.

Может быть, когда-нибудь в будущем человек, желающий петь, помимо обычных экзаменов, будет подвергаться весьма несложным обследованиям в физиологической лаборатории, так же как сейчас он обследуется у врача-фониатра. Точная аппаратура позволит быстро определить у него длину и толщину голосовых связок, строение верхних и нижних резонаторов, звучание голоса, естественность его тембра и степень разборчивости вокальной речи (дикции) на различных по высоте нотах диапазона и обязательно — особенности нервной системы по методу Юссона и другим методам. Не внесет ли тщательное изучение и сопоставление всех этих данных (от которых в конечном счете и зависит тип голоса) большую уверенность в суждение вокальных педагогов, мнение которых сегодня пока что основывается на более или менее богатой интуиции?

А ведь если мы обратимся за примером в область медицины, то увидим, что врачи давно уже при определении болезни в сомнительных случаях успешно пользуются самыми разнообразными объективными критериями, среди которых, кстати говоря, применяется и метод хронаксии. Кто знает, может быть, после подобной объективной и всесторонней «вокальной экспертизы» станет ясно, что какому-нибудь сомнительному басу легче достичь успеха, если он будет петь... тенором? Знает же история вокального искусства такие случаи, равно как и обратные превращения теноров в басы.

Загрузить главу
.doc .pdf

Сайт поиска работы для регентов и певчих